«Возьми свою силу!». Эссе о ритрите по местам силы Армении, 2017 год (Софья Суханова)

С большим удовольствием и благодарностью публикую эссе, написанное Софьей Сухановой,  одной из участниц ритрита «Возьми свою силу!» в Армении в августе 2017 года.

Наш следующий ритрит состоится 8-17 сентября 2019 года, тренинг «Ключ к процветанию«

… Мы приземлились в Шереметьево в субботу 12 августа ближе к полуночи. Терминал прилёта был заполнен вернувшимися из отпусков людьми, встречающими, автомобилями, тележками, сигналами клаксонов, плачем детей, суетой. Крутя головой в переполненном пространстве, я пыталась разобраться в ощущениях. И понять смогла только одно — в Армении у меня появился какой-то новый орган чувств, воспринимающий пока незнакомую мне информацию. Я видела людей и машины, слышала голоса, ощущала прохладный ночной ветер, но было что-то ещё очень любопытное, непонятно откуда идущее и чем воспринимающееся…

Чем дальше уезжаешь от своего привычного комфорта и зоны обитания, тем ближе становишься к себе настоящему. Выше в горы, дальше в лес, глубже в пещеры — отчетливее становятся видны слабости, а внутренняя сила раскрывается во всей красе. Иногда, правда, и ехать-то физически никуда не нужно,  достаточно чуть-чуть поработать над собственными желаниями и ожиданиями — вот и становятся очевидными простая невозможность ответить на вопросы “кто я?”, “что мне нужно?” и попытки спрятаться в панцирь независимого занятого человека. Но в таких поездах подобные целительные процессы проходят естественно и совсем на другом уровне.

Уезжая на ретрит в Армению, я, сама того не подозревая, отправлялась в очень далекое путешествие, которое внутри меня продолжается и сейчас. За двенадцатью днями мелькания картинок красивой природы и наслаждения местными угощениями скрывается гораздо больше, чем мы попытались передать в своих фото, или я пытаюсь передать этим текстом. Расчет, холодный интеллект, суета, скепсис, усталость — все это само собой осталось в аэропорту, давая мне возможность с рейсом Москва-Ереван погрузиться в совершенно новое пространство.

Хочется рассказать в подробностях о всех наших многочисленных армянских перемещениях, о каждом древнем храме, что мы посетили, о водопадах и вулканах, о радушных гостевых домах. Тянет поделиться опытом чудодейственных практик кундалини-йоги в объятиях гор, даже некоторые личные инсайты рвутся наружу. Но дело в том, что в нашем путешествии время текло совершенно особенно. Каждая секунда расширялась-углублялась, вмещая в себя информацию, эмоции, чувства, впечатления, картинки, запахи, звуки, и пролетая дальше со скоростью света. Дни были такими насыщенными, что, просматривая фотографии предыдущего дня, мы все признавались в ощущении, будто вспоминаем события нескольконедельной давности. Произошло столько, что, вернувшись, я сразу предупредила родных, что буду рассказывать все новое и новое об этой поездке ещё очень долго. Но некоторые моменты мне все же хочется изложить здесь в кое-каких деталях.

В путешествии были эпизоды, давшие ответы, но больше было тех, что сформировали много новых вопросов. Сегодня для меня эти вопросы как новопостроенные мосты, по которым так хочется скорее пробежать и увидеть, что там, на другой стороне, но которые пока требуют должной технической подготовки и укреплений.

Монастырь НОРАВАНК. 

Мы ехали по дороге, зажатой между высокими рыжими скалами. Отвесные стены гор возвышались очень близко, обочины почти не было. По рассказам нашего гида на этих скалах когда-то проводились всесоюзные соревнования по скалолазанию, на которых всегда побеждали команды из Грузии и Красноярска. Когда дорога начала переходить в крутой серпантин, пространство вокруг расширилось, давая возможность увидеть просторную горную долину с небольшим количеством зеленых деревьев на склонах. Сам монастырь из камня песчаного цвета показался на просторном плато в самом конце долины. Вид оттуда был завораживающий.

Мы зашли в церковь, стоящую чуть в стороне от главного здания монастыря, и там нам довелось услышать нечто очень запоминающееся. Главная молитва для многих, важное обращение к Богу и Вселенной было с выражением и посылом прочитано на древнеармянском языке в каменном зале древней постройки. Мы слышали не просто красивый голос, а будто бы сами стены доносили до нас истинный смысл Отче Наш на красивом древнем наречии…

На второй этаж главной церкви Нораванка можно попасть лишь одним путем — вскарабкавшись снаружи вдоль стены по узким ступенькам без перил и зацепок. Но как только заходишь в просторный светлый зал, понимаешь, что оно того стоит. Пронизанный солнечным светом, падающим меж колонн, этот зал с колоколом под потолком действительно создавал ощущение чего-то небесного, воздушного. Покинуть это место было очень сложно. Оно разговаривало с нами, щедро дарило свои просторы, чтобы погрузиться в них мыслями, но было радо и предоставить укромный уголок в тихой зале церкви, если хотелось побыть наедине с собой.

ПЛАНЕТЫ и ЗВЕЗДЫ

В путешествии для меня случилось два важных момента нового знакомства с Небом. Первый — при посещении астрономической обсерватории в Бюракане, второй — в горах близ Анкавана.

В Бюраканской обсерватории, построенной во времена Советского Союза, и сейчас проводятся исследования и живут настоящие ученые-астрономы. Надо сказать, что эта ночёвка была одной из самых экзотичных за наше путешествие благодаря остановившемуся времени на территории обсерватории. Выкрашенные синей краской стены, красные ковровые дорожки в коридорах, мелкая желтая плитка в санузлах, постельное белье, которое выдается на руки лично Заведующей гостиницы — мне не хватило только бюста Ленина у лестницы, чтобы почувствовать себя в СССР, как когда-то довелось в похожем пансионате в Старых Гаграх.

На 9.30 вечера у нас было запланировано разглядывание планет в телескоп под руководством доктора астрономических наук. Это развлечение хоть и продлилось недолго, но не могло не произвести сильного впечатления. Самому астроному явно было недосуг возиться с туристами и объяснять им, что нельзя ни в коем случае касаться телескопа. Но все же его рассказ получился довольно ярким благодаря поспешной речи с армянским акцентом, постоянным прерываниям на опаздывающих, ну и коронному “мы сегодня просто наслаждаемся!”. Всего нам показали в телескоп три планеты: Юпитер, Луну и Сатурн. Как красива и загадочна Луна в телескопе словами я передать не могу. Я так впечатлилась, что, на несчастье всей группы, не удержалась и стала задавать астроному вопросы вроде тех, почему мы с Земли всегда видим Луну только с одной стороны. Астроному было лень отвечать на мои вопросы, он еще пуще призывал наслаждаться, а для убедительности еще попытался покружиться со мной в танце, дабы продемонстрировать принцип взаимодействия Земли с ее спутником… Наконец, Юпитер, кольца которого можно было разглядеть в телескоп, заставил не верить своим глазам. Это был поистине космический опыт!

А около Анкавана я впервые в жизни увидела звездопад. Лежа в тихом дворе отеля в горах, при ясном небе и в самый звездопадный месяц года — август. Тем прохладным вечером мы отказались медитировать после плотного ужина и решили пойти греться на батут, что установлен на площадке за отелем. Напрыгавшись, мы улеглись на мягкой круглой площадке аттракциона и стали разыскивать наверху знакомые созвездия. Сначала несколько раз на небе нам были видны движущиеся светящиеся точки, которые оказывались самолетами. Но чуть позже, когда я уже не думала о кометах, а улетела со звездами в бесконечность мысли, дважды за минуту мне посчастливилось наблюдать, как хвосты комет вспыхивают между узнаваемыми и не совсем созвездиями. Так сбылась одна из моих волшебных детских мечт.

Гора АРАГАЦ

В нашей поездке было много чего, выходящего за рамки общепринятого. Подъем на самую высокую гору Армении не стал исключением. В идеале восхождения на высоту 4000 м с группами не совсем подготовленных людей, коими мы и являлись, совершаются только после нескольких дней акклиматизации, но точно не на третий день пребывания в горах, как случилось у нас. Уже потом в Москве мои друзья, опытные походники и альпинисты, объяснили мне, что акклиматизация проводится в течение нескольких дней, когда совершаются небольшие восхождения с постепенным увеличением высоты. Но, к своему счастью, когда мы приехали к подножию пика Арагаца, которое находится на высоте 3200 м над уровнем моря, я ничего этого не знала и просто получала удовольствие от каждого момента нахождения на этой изумительной горе. В месте, куда мы приехали и где сразу начали готовиться к восхождению, располагалась наша гостиница. Она стоит у самой кромки озера круглой формы и не окружена ничем, кроме завораживающего вида на горы. Мы стартовали прямо от гостиницы и вернуться должны были туда же. В этом походе нас, четырех искателей приключений, вели двое опытных альпинистов: наш замечательный гид Ашот и его товарищ Владимир, оказавшийся мастером спорта по пулевой стрельбе, потомственным языческим жрецом, ну и, понятное дело, альпинистом с сорокалетним стажем. Владимир был немногословен, но на вопросы отвечал очень интересно. Например, выяснилось, что этот подъем на южную вершину Арагаца, который лично у меня занял 4 часа, у него занимает не больше часа. Спустя 15 минут после начала восхождения, когда гора еще не показала своей крутизны и вообще с точки старта казалась не такой уж и серьезной вершиной, Ашот поинтересовался “ну что, никто не передумал?”. Мы пока еще шагали вполне бодро, поэтому в качестве ответа похихикали, продолжая делать селфи на ходу. Еще минут через двадцать всем почему-то захотелось присесть и вспомнить о сухом пайке, заботливо приготовленном для нас женой Ашота Ириной. Оказавшийся там суджук со всей содержащейся в нем глюкозой пришелся очень кстати, хоть и явными признаками недомоганий никто из нас пока не делился. После привала стали подниматься дальше по извилистой тропке, не забывая любоваться раскрывающимися во всей красе горами.

Через какое-то время я начала замечать новые для себя ощущения. Привычный темп подъема уже не был столь комфортен, появилась пульсация в голове и странная “невесомость” в желудке. Самое точное описание того состояния я нахожу в сравнении с железным ведром, натянутым на мою голову, по которому в придачу сильно колотят в такт пульсу. Я честно поделилась наблюдениями с Ашотом, получив в ответ вердикт “ну, сейчас отдышимся немного и потихоньку, не спеша начнем спуск обратно”. Это на середине подъема! Когда мышцы ног так и стремятся побежать вверх по этому склону несмотря ни на какую головную боль! Было сильно обидно. Тем более неприятно, что из-за меня пришлось бы спускаться еще двум участникам восхождения (один из нас уже убежал наверх с Владимиром и был где-то недалеко от вершины). Я еще тогда не знала, что у меня началась горная болезнь. И вплоть до возвращения в Москву не знала, какие на самом деле серьезные симптомы она может вызвать. Но даже без этого понимания осознавала, что решение руководителя восхождения о спуске верно, и что я не зря поделилась своими неприятными ощущениями. Тем временем мы все же продолжили понемногу подниматься, делая более частые остановки. То ли благодаря возможности почаще восстанавливать пульс, то ли из-за того, что обида трансформировалась в скрытые ресурсы, но я почувствовала временное облегчение. Ашот заметил, что вид у меня уже не такой бледный и испуганный, а значит можно разрешить мне подниматься дальше, ура! На тот момент я чувствовала, что смогу подниматься еще долго, хотя ведро на голове и становилось все теснее, а пульс подскакивал все быстрее.

Помогали частые остановки с добрыми анекдотами про грузин. Уже на подходе к вершине тропа делает резкий поворот и потом до самого конца идет прямой лентой с очень легким наклоном. Эта часть подъема альпинистами зовется Бродвэй. Он-то вместе с самой вершиной и стал для меня самой тяжелой частью восхождения. Хоть дорога и стала почти пологой, пульс гремел в голове как никогда, странная гравитация во внутренностях усилилась и хотелось не то лечь, не то сесть, не то согнуться пополам и встать в позу собаки мордой вниз. Я попробовала полежать и отдышаться на каких-то бетонных развалинах на обочине Бродвэя, но, как оказалось, лежачее положение лишь помогло расслабить мышцы, но никак не остановить свистопляску в голове. До финиша оставалось метров триста. Уже нельзя было не дойти. Стараясь дышать ровно, я потащилась дальше по Бродвэю. И тут, радостно улыбаясь, спускаются по тропе мне навстречу два бравых армянина. Подбодрили так подбодрили. “Ты из Новосибирска? Ой да это лучшый город в Сибир! Живёшь в Париже? Да ты красивый ещё болшэ чем Мона Лиз.” Ну и совет бывалых:

“Вот поднимэшся суда в слэдущий раз со своим корэфаном, там навэрху адын мэсто есть, любовью надо там заныматься, как там — нигдэ болшэ не получаэтся!”. С таким вот новым приливом сил я смогла дойти до Южной вершины Арагаца. Те 20 минут, что я провела на вершине, валяясь на камнях, закончились командой Ашота о пятиминутной готовности к спуску.

Внезапно набежали тучи, и пошел град. Я настроилась на высокий темп ходьбы и стала надевать рюкзак. То ощущение, когда с каждой пройденной сотней метров “удары по голове” ослабляют свою силу и дышать становится легче, для меня мало с чем сравнимо. В какой момент град усилился, Владимир, шедший впереди, остановился, снял с себя свою куртку и молча надел ее на меня вместе с капюшоном. Мне и без того было жарко, а град не был способен намочить одежду, но спорить с жрецом и стрелком я не стала.

Это лишь немногие эпизоды из череды ярких событий, случавшихся с нами ежедневно в ретрите «Возьми Свою Силу». Это были именно события, потому что посещение каждого святого места, каждая групповая практика медитаций меняли что-то внутри, не давая шансов вещам идти дальше своим привычным чередом, но открывая новые их оттенки.

Даже трапезы учили определенным вещам. Не без удовольствия вспоминаются эти чудесные столы, заставленные тысячей и одним вкуснейшим вегетарианским блюдом из домашних ингредиентов, каждое из которых конечно же уже отведано. И когда с некоторым удовлетворением от того, что удалось попробовать все и не лопнуть, ты расслабляешься и откладываешь вилку, хозяйка несет блюдо с третьим по счету горячим. Видимо, поймав мой полный страдания взгляд, Ашот добродушно смеется и, кладя руку на плечо, изрекает: «Надо, Софочка, надо попробовать обязательно». Ну а в конце, когда на столе осталась половина вкусностей и все уже сыты, разочарованные в способностях гостей хозяева дают им шанс реабилитироваться в их глазах арбузом, сливами и иногда даже свежими пирогами.

Чем еще поразила Армения? Любовью ее жителей к своей стране. Даже те армяне, что по разным причинам покинули родину и проживают сейчас в разных странах мира, демонстрируют глубокую привязанность к родным местам, жертвуя серьезные средства на восстановление культурных и религиозных памятников и на развитие местной инфраструктуры. Другая мощная нить, из которой соткана сила этой нации – любовь и уважение к женщинам. Наблюдая воочию, как сильна любовь армян к своим женам и матерям, также как и к родным местам, невольно признаешь, что геноцид, раскидавший их сегодня по всему свету, помог кому-то достичь своей цели -ослабить родовой источник силы армян. Но все же несмотря на это Армения просто переполнена удивительными местами, в которых мощным потоком бьет энергия. Все те внутренние трансформации, ставшие возможными для меня конечно благодаря грамотно проведенным практикам и особенной атмосфере в нашей группе, не стали бы такими очевидными для меня без поддержки гор, озер, всех особенных мест, которые мы посещали.